НАРОДНАЯ КУЛЬТУРА В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ Учебное пособие Москва 2000, Глава 8.
gototopgototop
Translator
Поделитесь мнением
Как Вы отвечаете на вопрос "А не жалко ли берёзку?"
 
Статьи о народном искусстве

РОССИЙСКИЙ ИНСТИТУТ КУЛЬТУРОЛОГИИ
МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

НАРОДНАЯ КУЛЬТУРА В
СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

Учебное пособие

Москва 2000

Оригинальный адрес публикации http://www.riku.ru


УДК 703 ББК 85.7 Н-30

Авторский коллектив:

О.Д. Балдина, кандидат искусствоведения - главы 3 и 8;

Э.В. Быкова, кандидат философских наук - глава 2 (разделы 2 и

3), глава 5;

Е.Э. Гавриляченко - глава 4 (раздел 2); В.В. Метальникова - глава 6;

Н.Г. Михайлова, кандидат филологических наук - введение, глава 1; глава 4 (раздел 1); заключение

Е.А. Семенова, кандидат исторических наук- глава 2 (раздел 1), глава 7.

Ответственный редактор Н.Г. Михайлова

Работа выполнена при поддержке Министерства культуры Российской Федерации и Российского гуманитарного научного фонда Российской академии наук (грант № 98-03-04022а)

Народная культура в современных условиях : Учеб. Н-30 пособие / М-во культуры РФ. Рос. ин-т культурологии; Отв. ред. Н.Г. Михайлова. - М., 2000. - 219 с.

ISBN 5-93719-013-0

Учебное пособие подготовлено сектором современной народной культуры Российского института культурологии в рамках общей специальности «культурология». Народная культура рассматривается как культура непосредственно передаваемой (устной) традиции, продолжающей существовать в синкретических формах и сохраняющей актуальность в современном мире. Анализируются как традиционно исторические пласты культуры, включенные в современное поликультурное пространство, так и более поздние, современные или вневременные элементы народной культуры. Особое внимание уделено теоретическим проблемам изучения народной культуры и обоснованию методологических аспектов культурологического исследования. Междисциплинарный социогуманитарный подход к широкому кругу явлений, объединяемых понятием «народная культуры», позволил расширить представления о современных социокультурных процессах и роли в них внепрофессиональной культурной практики.

Учебное пособие адресовано студентам и аспирантам ВУЗов культуры, а также гуманитариям широкого профиля.

ISBN 5-93719-013-0 удк 703

ББК 85.7

© Российский институт культурологии, 2001


nar-cult-raw-8.jpg


Глава 8. Формирование предметно-пространственной среды, бытовой дизайн как область повседневного творчества

Термин дизайн (в переводе с английского означает художественное проектирование, конструирование) как новое средство «вошел» в язык газет, научных изданий, в литературу, кино, в обыденную речь в конце 50-х годов для обозначения нового вида художественного творчества, как профессионального, так и непрофессионального.

Однако было бы неверным считать, что о дизайне узнали в России только в этот период нашей истории, именуемой «оттепелью», как утверждают некоторые исследователи123. Правильнее вести его летоисчисление с 20-х годов, когда достижения отечественного проектирования (В. Татлин, К. Малевич и др.) стали известны во всем мире. Еще в 1925 г. поэт В. Маяковский, находясь на международной выставке в Париже, отмечал, что советские художники являются носителями передовых идей в производственном искусстве. Тогда так именовали дизайн. Эти идеи впоследствии стали развиты в Западной Европе, Америке, а в последние годы - в Японии. Там дизайн, ассимилированный по-своему, оплодотворил промышленность, стал важной составной частью массовой и элитарной культуры. В нашей же стране только в 60-90-е годы появилась возможность устранить возникший разрыв и в какой-то степени вернуть свой давний приоритет.

Бытовой дизайн или формирование предметно-пространственной среды среди непрофессиональной части населения (как городского, так и сельского) представляет как бы самостоятельное ответвление, примыкающее к профессиональному искусству. Эта одна из наиболее популярных областей вне-профессиональной современной художественной проектно-конструкторской деятельности людей. Под предметно-конструкторской средой понимается архитектура, а точнее архитектурный декор индивидуального жилища, предметы домашнего обихода - мебель, посуда, изделия, всевозможные пред-


меты, предназначенные для их постоянного функционального использования и украшения среды обитания.

В бытовом дизайне наиболее полно, порой своеобразно проявляется техническая смекалка, знание основ ремесла, тех или иных направлений, происходящих в культурных и экономических процессах, в моде. В нем демонтируются стилевые предпочтения, ориентации на некоторые из них, импровизация, воображение традиции народной и «ученой» культуры. Наконец происходит формирование, воссоздание собственных представлений об эстетике. Все это, бесспорно, делает настоящее явление особенно привлекательным и интересным для изучения124.

Говоря о взаимоотношении бытового дизайна с «ученым» профессиональным и народным искусством, нельзя не вспомнить о том, что предметы крестьянской архитектуры и быта (мебель, посуда, одежда и мн. др.) создавались самими же крестьянами в силу бытовой необходимости. Вот в связи с чем именно крестьянских мастеров и мастериц хочется признать первыми художниками-дизайнерами, создателями производственно-бытового искусства. Однако при всем сходстве крестьянского «производства» с современным дизайном следует четко различать традиционную крестьянскую или городскую ремесленную культуру прошлого и современный дизайн (профессиональный и непрофессиональный, бытовой). Его отождествление с последними неправомерно в силе ряда важных причин. Традиционные ремесла и «производство» бытовых изделий - это культура, основанная на каноне, своего рода концепте этой культуры, на способе передачи ремесленных навыков непосредственно от поколения к поколению.

Человек предшествующих поколений (вплоть до XX столетия) не был художником или мастером, проектирующим и конструирующим предметы быта, архитектурные детали, т.е. дизайнером. Он был в первую очередь мастером, ремесленником, художником, который не проектировал новую вещь или предметы, необходимые в быту, в ритуалах, а стремился к воссозданию образа вещи, предмета, деталей архитектуры близких исконному, традиционному, иногда сакральному образцу, хорошо знакомому, пришедшему к нему из глубины веков от его дедов и прадедов.

Новое время поставило под сомнение не отдельные стороны традиционного канона, древнего образца, его свойства и образ. Оно навсегда изменило сам тип культуры и характер творчества. Усилило его связь с новыми достижениями, открытиями, процессами, происходящими в профессиональной культуре.


Бытовой дизайн как сфера проявления творческого потенциала в нашей стране связана не только с жаждой самовыражения, творческой энергией, но во многом обусловлена потребностями людей (жителей города и деревни, центральных и отдаленных областей, районов), социально-экономическими условиями жизни. Вот в связи с чем мы, думается, вправе утверждать, что дизайн (как бытовой, так и профессиональный) это не готовый продукт, который можно экспортировать, импортировать, переставлять с места на место, а сложное культурное явление, тесно связанное с социальной средой и условиями. Это - область частной жизни людей, и он не может быть внедрен силовыми приемами или запрещен по чьему-либо желанию или приказу. Существование дизайна, его эффективность, динамика развития обеспечиваются не только рычагами централизованного управления, сколько социокультурными приоритетами, наличием самостоятельной сферы промышленного проектирования, экономическими условиями и в немалой степени общим состоянием изобразительного и декоративно-прикладного искусства, а также народного художественного творчества125.

Бытовой дизайн, связанный с деятельностью населения -область хотя и параллельно развивающаяся с «ученым» дизайном, но развивающаяся также в тесной связи с тенденциями и особенностями развития всей культуры и искусства, науки, техники, рынка. Эта связь хорошо прослеживается на фоне общих происходящих в нашей стране процессов, «вживания» профессионального дизайна в промышленность России, начавшего в 60-е годы и продолжающихся по сей день. Весьма примечательно, что первоначальный этап внедрения в жизнь «ученого» дизайна - вторая половина XX в., стал наиболее заметным и в истории народного дизайна. Он более яркий по сравнению с последующей эпохой - 80-90-ми годами.

Остановимся более подробно на первом периоде. Итак, 60-е годы считаются очень важным в истории нашей страны. Они внесли свои изменения в архитектуру, строительство, в бытовые условия. Новшества дизайна были настолько заметными, что изменили представление о законах формообразования и эстетических нормах. Последствия этих новшеств ощутимы по сей день.

Объяснение такому небывалому всплеску дизайна обычно находят в том, что в 60-е годы была провозглашена новая политическая доктрина - каждой семье отдельная квартира. Началась разработка и внедрение типовых проектов простых


и быстро возводимых зданий. К их числу относились и общественные здания - дома культуры, кинотеатры, административные и общественные сооружения. Подобные задачи встали и перед художниками декоративно-прикладного искусства. Массовый характер архитектуры нового «дизайна», построенного на основе стандартных крупноблочных панельных или иных конструкций придавал специфический облик жилым помещениям. Произведения декоративно-прикладного искусства, как и изделия художественных промыслов должны были стать важнейшими элементами внутреннего убранства квартир. За рубежом новой архитектуре уже соответствовали новые разработки в области дизайна вещей - мебели, светильников, драпировок, одежды и т.п.

Еще в 1950-е годы городские индивидуальные и большая часть крестьянских жилищ строились по давно установившимся канонам профессионального, народного зодчества. Последние отражали существующие в архитектуре стили, направления и традиционный декор. Отныне картина заметно изменилась.

Особенностью нашей страны во второй половине XX в. стало то, что эволюция самой архитектуры различных зон городской и сельской среды, общественного и жилого интерьера, принципы их формообразования - все это в отдельности и в совокупности, в разное время и одновременно воздействовало на декоративно-прикладное искусство, а так же народное художественное творчество в этой области.

Архитектура, таким образом, создавала некую пространственную среду, в которой жил человек, а предметы декоративно-прикладного искусства как бы заполняли эту среду, тем самым оба вида искусства находились в зависимости друг от друга.

На протяжении многих лет государство социалистического типа не в состоянии было удовлетворить нужды населения - ни в жилищных условиях, ни в продовольствии, ни в предметах быта, хотя и сохраняло эту роль за собой. Вот тогда-то инициатива самого населения стала перерастать в целую отрасль по конструированию и производству предметно-пространственной среды. «Взрыв» этой инициативы совпал с массовым жилищным строительством и получил название бытовой, или «народный» дизайн. Чтобы понять, как это происходило еще сравнительно недавно и как происходит теперь, достаточно вспомнить, что горожанин или сельский житель получали (или покупали) дом, жилище, уже спроектированные по нормам современной техники. По существу это была пустая,


разгороженная нераздвижными стенами коробка с минимумом стандартной сантехники и энергетики. Вполне естественно предположить, что в таком жилище поселившийся человек чувствовал себя неуютно, а порой и просто неудобно (шкаф находился, к примеру, не на том месте, двери не открывались, обои были не той расцветки и т.п.). Вот тогда-то многие обитатели «коробок» принимались за освоение подобного жилья, перекраивая его на свой лад, порой не считаясь с его первоначальными функциональными и эстетическими принципами, чем иногда удручали профессионалов-дизайнеров. Сами же обитатели подобных квартир приобретали навыки специалистов и дизайнеров в зависимости от своих вкусов, потребностей, знаний в этой области.

Суммируя в целом особенности бытового дизайна (сначала рассмотрим городской) можно отметить, что строительство малогабаритных квартир по типовым проектам как никакое другое строительство способствовало росту творческой инициативы ее обитателей.

Повсеместно раздвигались стены узких коридорчиков и за их счет увеличивались кухни, перекраивались стенные шкафы и антресоли, в некоторых из них делались жилые комнаты типа чуланов с искусственным освещением (там, как правило, работал хозяин квартиры, была его мастерская). Многие умельцы меняли двери, замки, дверные ручки, делали их профилированными, иногда раздвижными на шарнирах, иногда встраивали в другом, более удобном месте стенные шкафы.

В 90-е годы активно застекляются балконы, лоджии, тем самым расширяется площадь квартир, появляются дополнительные хозяйственные площади (для цветов, домашних огородов, солений и т.п.). В последние годы в связи с обилием товаров строительного характера жильцами городских квартир и сельских домов делаются переоборудования ванных комнат - отбивается казенная плитка и заменяется плитками, спрессованными под искусственный мрамор. Стены обшиваются изразцами - с рельефом, пол выстилается из цветной мозаики и линолеума новых технологий. Нередко ванна выносится и заменяется душем, отчего санузел обрастает дополнительной площадью. Стены жилищ обшиваются деревом, оклеиваются обоями, ситцевыми тканями и т.д.

Уменьшение пространственных габаритов комнат сказалось и на формах мебели, ее объемах, конструкции. В подобных жилых застройках не было места для старой мебели (к примеру, когда-то модных палисандровых гарнитуров с их массив-


ными, классическими формами, с декоративными элементами). Стало очевидным, что новый дизайн архитектурных построек требует создания иных форм мебели - более современных, удобных, вписывающихся в интерьер небольших комнат с невысокими потолками. Но главное требование к мебели связывалось с тем обстоятельством, что она не должна загромождать помещений, быть конструктивной, легкой, привлекательной по внешнему виду, а по возможности быстро собираться или разбираться. Но пока дизайнеры разрабатывали образцы новой мебели, пока их осваивали, народные дизайнеры, поселившиеся в новостройках, приступили к изготовлению своей малогабаритной мебели. Те, кто владели навыками столярного ремесла из своей старой тяжелой мебели - шкафов, буфетов начали создавать новую - настенные полки для книг, шифоньеры облегченного типа, навесные кухонные ящики, шкафы для передней. Когда же, наконец, промышленность наладила производство малогабаритной мебели - гостиные, спальни, кухни по весьма приемлемым для населения ценам, то выяснилось, что все квартиры, как, впрочем, и сами дома похожи друг на друга как близнецы-братья.

Сейчас эталоны красоты хорошо просматриваются в целом ряде художественных фильмов тех лет. В убранстве каждого интерьера обязательный ассортимент - это кресла, складные диваны, геометризированные по форме платяные шкафы, навесные полки, облегченные стулья, табуреты, на стенах навесные кашпо с цветами, на окнах льняные занавески, паласы на полу. Подобная функциональная и очень простая по своим формам мебель стала преобладающей во всех городских и сельских квартирах, начиная со второй половины 60-х годов, и практически существует и поныне. Такую «живучесть» ей обеспечили размеры, негромоздкость, способность складываться и разводиться по секциям, ее функциональность и доступность по ценам. Следует отметить, что такая мебель секционного типа способствовала пробуждению творческой мысли у народных дизайнеров. Они и сами пришли, как мы уже говорили выше, к созданию именно таких удобных в быту предметов (из старой мебели, из досок, покрашенных краской или морилкой). «Домашние» дизайнеры стремились не только к тому, чтобы не тратить денег, когда есть свои руки (так многие из них объясняют свою деятельность на этом поприще), но главное - стремление избежать стандартности своего жилища. Сходство всех квартир и интерьеров было настолько удручаю-


щим в своем однообразии, что по этому поводу складывались песни, снимались фильмы. В этой связи именно секционная мебель, именуемая как мебель, так называемого дизайнстиля, сделалась предметом творчества народных дизайнеров. Из нее можно было сделать всевозможные комбинации - ставить на пол, друг на друга, развешивать по стенкам, декорировать ею углы, создавать дополнительные конструкции, доделывать, перекраивать. Мебельные секционные гарнитуры (впоследствии их вытеснили так называемые стенки), позволили владельцам квартир, применяя смекалку и фантазию делать свои жилища нестандартными, во многом оригинальными, хотя, конечно, общий характер «ящиковидной» мебели оставался.

Весьма примечательно, что, избегая стандарта в своем жилище, горожане, сконструировав помещения по-своему, заполнив их предметами собственного изготовления, не смогли не прибегнуть к изделиям декоративно-прикладного и народного искусства. Лишь очень немногие хозяева малогабаритных квартир стремились к поддержке «чистого» дизайнстиля - нескрываемому геометризму форм мебели, сверкающей полированными поверхностями, синтетическими покрытиями, пластмассовыми изделиями в виде плафонов, настенных ламп и т. п.

Большая часть населения, которую можно причислить к дизайнерам, формирующим стиль своего жилища, обращались к предметам декоративно-прикладного искусства и народного творчества. Это тем более важно, что в 60-80-е годы продолжался процесс сближения народного творчества с профессиональным декоративно-прикладным искусством. Народное традиционное искусство служило своеобразной школой мастерства для всех специалистов и самоучек, работающих в этой области. Мир форм, приемов обработки материалов народного искусства был на редкость богат и разнообразен, в его основе лежала фольклорная традиция. Вот почему в быт наших современников, в их новые жилища стали входить изделия народных промыслов - миниатюрная лаковая живопись, изделия из дерева с хохломской и городецкой росписью, плетения из соломки, бересты, тканые изделия, ковры, кружева и многое другое. Знакомство с образцами народного искусства и увлечение ими развивало инициативу и творческую фантазию самодеятельных дизайнеров. Отсюда - стремление к изготовлению всевозможных полочек из дерева в сочетании с металлом, украшенных чеканкой, литьем и т.п., кухонной мебели - табуреток, скамеек, сундучков, расписных кухонных досочек. Однако, если


в профессиональном «дизайнстиле» был объявлен поход против всякого украшательства вещи, особенно против орнамента, узорности и декора вообще, то в народном творчестве наоборот. В нем всячески приветствовалось и процветало декоративное начало - орнаменты наносились повсюду, лишь бы не оставалось пустых мест на том или ином предмете. Очевидно, в таком отношении к плоскости бытовой вещи проявилось исконное народное мироощущение - стремление к орнаментальной стихии, к узорочью, свойственное даже городским жителям.

В последние десятилетия можно отметить постепенный переход в профессиональном дизайне и художественной промышленности к новым современным художественным приемам - возрождение роли орнамента и тех основ, на которых строится декор в прошлых высокохудожественных культурах (взаимосвязь материала, формы, декора). Основными стилевыми приемами и чертами следует считать стремление художников отойти от рационального конструирования к «барокко» и «рококо», а в целом к стилю «ретро». В изделиях отечественного и зарубежного дизайна отчетливо проступает желание создать красивые вещи, сделать значимой каждую деталь.

Изменения, происходящие в бытовой культуре в эпоху «рыночных» отношений не могли не сказаться на творческом потенциале населения. Состоятельные владельцы новых квартир и загородных резиденций пошли по пути «европеизации» -делаются переоборудования жилых помещений и офисов по принципу так называемого евроремонта (меняются полы, стены и потолки украшаются зеркалами в переплетах, в прихожих - мини-бары, арочные перекрытия и т.п.). Если вспомнить о загородных резиденциях чиновников и коммерсантов, прежде именуемых дачами, то их проекты заимствуются из каталогов западных мировых достижений в области архитектуры, без учета ландшафта, природы, времен года. Декоративные кованые решетки, фонари, дверные ручки, переплеты окон, двери - все свидетельствует о сформированных вкусах с учетом установившихся ценностных ориентации.

Другая часть населения, которая не входит в эту элитную группу, отчасти от недостаточности средств по-прежнему прибегает к собственному творчеству как и во времена «геометрического» стиля. Происходит смешение стилей особенно в тех случаях, когда покупается единичная вещь современного дизайна или старинное кресло, резной стул, буфет, которые придают жилищу особенно неповторимый облик и уют.


Но по-прежнему, как и в предыдущий период, новизна интерьера, его привлекательность и «обновление» достигаются с помощью предметов народного и декоративно-прикладного искусства. Так, полы покрываются паласами, а коридоры устилаются домоткаными половиками, такие же коврики вешаются на стенах (горизонтально или вертикально в несколько рядов). Иногда «коврами» в целую стену служат деревянные жалюзи, на которые вешаются всевозможные красочные предметы, картины. Мебель покрывается салфеточками, как в далекие 20 -30-е годы (кружевными, вышитыми). Большую роль в украшении интерьера, особенно шкафчиков, полок играет игрушка (дымковская, пензенская, филимоновская) - всевозможные барыньки, всадники, павлины, а также керамика, фарфор. Гжельские изделия занимают одно из важных мест в квартирах многих горожан, их коллекционируют, выставляют на специально изготовленных полках, шкафах и т.д. В коридорах развешиваются деревянные маски, керамические тарелки, устанавливаются «галошницы», вазы для зонтиков, ставятся стулья-чурбачки. Кухня у многих превращается в разноцветную шкатулку -разные досочки, ложки, прялки, плетеные абажуры, полочки, подставки, в которых много выдумки, изобретательства.

Так в условиях современности возрастает особенно роль декоративно-прикладного искусства, его задача - наполнить абстрактное пространство живыми эмоциями. Теперь мы уже хорошо знаем, что человек рассматривает свое предметное окружение не только как средство обеспечения функциональных процессов, но и как необходимую ему индивидуальную сферу, связанную с особенностями и своеобразием самой личности. Поэтому народные дизайнеры постоянно выходят за рамки определенного специалистами «обязательного ассортимента» в заранее отведенном пространстве.

Если говорить о дизайне в условиях сельской местности, то возможности здесь сужаются по сравнению с городскими условиями, а сфера деятельности, наоборот, расширяется -это использование ландшафта и типа жилища, его связь со средой, убранство дома, оформление пристроек, покрытий и т.п. Так, даже в массовом типовом строительстве жилищ, осуществляемом индустриальными методами, делаются попытки введения в декор индивидуальных элементов дизайна (пристройки, террасы).

Несмотря на то, что связь с традициями на селе в основной своей массе прервалась, однако, структурные элементы


убранства домов во многом повторяются. Как и в прежние времена: это пояса пропильного ажура, торцовые доски, защищающие концы бревен сруба от дождя и ветра, причелины, украшающие крышу. Узорная (или геометризированная) обшивка тесом также ограждает бревна от влаги. Наконец, нельзя обойтись в хозяйстве без пристроек, без террас, без ворот и забора, без печных труб и заверший над ними, сточных дождевых труб на крыше.

В современном индивидуальном сельском строительстве из средств декора дома (крыльца, террасы, светелки, навеса во дворе или на воротах) наиболее распространена пропильная резьба (она известна еще со второй половины XIX века) и просечное железо (дымники). Менее распространена обшивка стен дома тесом в виде декоративной мозаики цветного кирпича, фигурной кладки, лепнины или штамповки по сырой штукатурке.

Резные деревянные (накладная резьба) и просечные железные украшения (дымники, водосточные трубы) часто встречаются и сегодня в сельской местности как средство декора. Каждый элемент декора жилища, по сути, представляет новое явление, если учесть новые технологии, материалы и орнамент.

Скорее всего - это новая стадия развития когда-то хорошо известного. Пути поиска художественных решений, изобразительных и декоративных средств различны в каждой области и районе.

Каждый индивидуальный дом (в той или иной области, регионе) несет яркую печать своего времени, своей эпохи и обладает своими чертами «дизайнстиля» - конструкторских и художественных способностей своего автора. Каждый вновь созданный образ или мотив в украшении жилища это не столько образ этнический, сколько эстетический знак. В одних случаях функционирование «чистой» традиции более заметно, в других менее, а то и вовсе отсутствует. Но нельзя не признать того, что многие современные ремесленники-умельцы, применяя тот или иной декоративный комплекс в украшении своего жилища, как бы попадают в сферу функционирования традиционной художественной культуры, испытывают ее воздействие. Они усваивают отдельные приемы, вбирают в себя то, что созвучно современности. Это касается и обшивки домов, и окраски срубов, и росписи стен домов, печей, украшения фронтонов и мезонинов и др. Особенно характерным является в этом смысле наличник как один из важных видов украшения дома. В его выступающем арочном карнизе можно встретить


и растительные мотивы, и фантастические орнаменты, изображения невиданных животных, а ныне и летающие объекты - НЛО, космические корабли, элементы современной и старой геральдики - серп и молот, кремлевские звезды, двуглавый орел и др. То же можно встретить и на воротах, и на дверях дома, на его фасаде.

В целом разнообразие декора жилища обусловлено как отдельными локальными художественным традициями, так и новыми веяниями, активно привносимым опытом из других регионов, под воздействием городской культуры - под влиянием телевизора, радио, печатной продукции. Так, не без влияния города некоторые сельские жители украшают свои садики скульптурными изображениями животных, сказочных персонажей. Выполненные в натуральную величину они порой пугают своим реальным обликом посетителей.

Нельзя не отметить и другую тенденцию - растет интерес к традициям архитектурного декора старого жилища. Нередко можно видеть, как на новые дома переносятся наличники со старых изб. Заботливо ремонтируются и обновляются созданные ранее наличники, заказываются новые -копии со старых. Заметен поиск смелых декоративных решений, например, современные торцовые доски, оформленные, как пилястры, выполняются столь же творчески и старательно, как некогда делались переработки с «глухой» долотной домовой резьбы наличники формы ампир и классицизма.

Подобные стремления замечаются нередко в просечных железных украшениях (на водосточных трубах, на фронтонах домов, гребнях кровли дома или воротах). Разнообразие композиционных построений этих изделий велико - образы коня, петухов, белок, растительных и геометрических орнаментов и мн. др. Для современных изделий характерна все же большая иллюстративность и конкретность, чем обобщенность и символичность. Богатство впечатлений, чувств, которые вызывает в творческой натуре мастера окружающая действительность, способствует появлению образов современного мира в сплаве с традицией.

Интерьер разных регионов России также подвергается художественной «обработке» - мебель нередко выполняется в старорусском стиле с элементами росписи или резьбы. Расписываются потолки, печи. Большое место отводится «мягкому» убранству - полотенцам, половикам, вышивкам и вязанию.

Быт - это весьма традиционная область жизни, к тому же «нераскрытая» в общественную сферу, как, например, одежда


или предметы туалета. Многое в сфере быта и его предметной среде «контролируется» малыми неформальными группами (знакомые, коллеги, семья), где формируются свои потребительские предпочтения, ценностные ориентации и вкусы. Вот почему так трудно говорить о бытовом дизайне, о его глобальных чертах и тенденциях. Но и дизайн (как и сами его создатели) естественно связаны с общей культурой данного общества, с модой, стилистическими процессами, хотя в сфере быта действуют и свои правила.

На современном этапе истории развития предметно-пространственной бытовой среды, характеризующемся насыщенностью рынка изделиями массового спроса, по которому так «изголодалось» население нашей страны, происходит активная переоценка системы ценностных ориентации. В подобных условиях определенные слои населения сталкиваются со все возрастающей массой изделий и товаров, дизайнерских новшеств европейской культуры. По отношению ко многим из них у наших умельцев нет еще сформировавшихся критериев эстетической оценки. Теперь стало все намного сложнее и в характере народного дизайна. На фоне общей устремленности к «стильным» европейским гарнитурам и увлеченности стилем «ретро», как и антиквариатом, все труднее создать собственную модель интерьера. Здесь уже требуется не одна смекалка или фантазия. Принцип - что хочу или что могу, то и делаю, уже не всегда состоятелен. Нужен особый вкус, мастерство, изобретательность, чтобы встать вровень с элегантными, красивыми вещами, привозимыми из-за рубежа. Это обстоятельство усложняет деятельность наших дизайнеров, сужает круг их деятельности.

И все же, какова природа личных предпочтений в творчестве бытовых предметов и в каких взаимоотношениях они находятся с социально-экономической и психологической ситуацией в целом, какие социальные механизмы влияют на ценностные ориентации человека с общими процессами формообразования в предметно-пространственной сфере творчества?

Одним из таких социальных механизмов, как считают некоторые специалисты, является не что иное, как престижное отношение человека к вещам, а не только необходимость, как это было в крестьянском творчестве, или жажда творить. Раньше к проблеме престижности относились негативно, и с любым ее проявлением надлежало бороться. Теперь многое изменилось. Но престижность всегда была свойственна человеку при формировании индивидуальной предметной среды. Появ-


ление престижа в этой сфере связано с нормами и моралью данного общества, с характерным для него образом жизни.

К сожалению, анализ многих социально-психологических механизмов, связанных с этой проблемой и обусловленных новой ситуацией конца XX в., затруднен ее полной неразработанностью. Но всем ясно, что четко выявленная материально-предметная престижность, подчеркивание своего материального благополучия не противоречит новому образу жизни. Это касается и жилья, и транспорта, и телевизоров, и холодильников и др. Многие проявления «вещизма», устремленность разных слоев населения к тому, что показывают по телевизору, на экранах кино, в журналах, всех этих образцов западного дизайна - это результат былого «голода» на хорошую продукцию, и, конечно, отсутствие культуры. Но все это скорее внут-рипрофессиональные, чем социально-этические проблемы. И все же хочется думать, что престижность в нашем обществе проявляется в стремлении выразить свою личность (в том числе свой вкус, свою творческую энергию, свое представление), чем стремление подчеркнуть свое материальное положение.

Бесспорно, что уровень художественных предпочтений в реальной жизни постоянно растет, хотя вкусы при этом дифференцируются. Художники, как профессионалы, так и непрофессионалы, интуитивно улавливают их, как и происходящие процессы в обществе. Не случайно именно в сфере декоративно-прикладного искусства наблюдается бум формально-эстетических поисков. Здесь наиболее расширены и стерты границы стилей и предпочтений. Это связано с тем, что сфера предметно-художественного творчества, в наибольшей степени удовлетворяет специализированные ориентации формирования индивидуального облика жилища, его интерьера.

В конечном счете дифференциация художественных устремлений, вкусов, предпочтений, самого ассортимента «дизайн-вещей» связано с повышением культурного уровня потребителя и одновременно проектировщика-художника и любителя-дизайнера.

И все же самое главное во всех происходящих в конце 90-х годов XX в. процессах заключено не в качественной оценке того или иного результата или его стремления к чему-то. Гораздо важнее не умирающая, а все возрождающаяся тяга жителей города и села к самотворчеству, к внесению красоты в свой дом, в свою квартиру, в свой мир. Обраще-


ние наших дизайнеров к традиционным изделиям народной культуры - особо важный показатель отечественного дизайна.

Заключение

В предложенных очерках рассмотрены далеко не все возможные и реально существующие формы деятельности и культурные объекты, которые могут быть отнесены к народной культуре в том понимании, которое представлено авторами. Систематическое изложение курса «Народная культура» в ее прошлых, настоящих и перспективных будущих формах - дело дальнейшей работы. Ведь народная культура прошлого, фольклор классической поры при немалом количестве фундаментальных фольклористических исследований также нуждается не только в филологическом, лингвистическом, искусствоведческом изучении и комментировании, но и в некотором интегральном культурологическом осмыслении, рассматривающем в непосредственной связи культуру как таковую, ее социального носителя и социально-временной срез, в рамках которого эта культура живет, развивается, умирает, возрождается, трансформируется.

Данная книга посвящена обоснованию и реализации подобного подхода применительно к разному материалу, так или иначе инкорпорированному в современную социокультурную ситуацию.

Ее главный пафос - культура, и в частности народная культура, - это не только текст, изображение, мелодия, действо, материальный объект, но и тот социокультурный контекст, в котором изначальный текст обретает тот или иной смысл или утрачивает, изменяет его в процессе постоянного культурогенеза, не знающего стадии завершения, но вполне допускающего взлеты и падения. Поэтому важнейшей перспективой дальнейшего исследования народной культуры с культурологических позиций становится проблема динамики народной культуры и представлений о ней, складывающихся в разных областях современной науки, а также региональных особенностей ее развития.

nar-cult-raw-9.jpg


Примечания

1 Морфология культуры: структура и динамика. - М., 1994.

2 Каган М.С. Философия культуры. - СПб., 1996.

3 Путилов Б.Н. Фольклор и народная культура. - СПб., 1994; Некрасова М.А. Народное искусство как часть культуры: Теория и практика. - М., 1983; Свод этнографических понятий и терминов. Вып. 4: Народные знания. Фольклор. Народное искусство. - М., 1991; Фольклор. Народная культура // Культурология. XX в. Энциклопедия. - СПб., 1998 - Т. 2; Гусев В.Е. Русская народная художественная культура : Теоретические очерки. - СПб., 1993.

4 Культурология. Культурологические науки // Культурология. XX в. Энциклопедия. - СПб., 1998. - Т. 1; Ерасов Б.С. Социальная культурология. - М. 1994; Флиер А.Я. Культуро-генез. - М., 1995.

5 Маркарян Э.С. Теория культуры и современная наука. -М., 1983; Богатырев П.Г. Фольклор как особая форма творчества // Вопросы теории народного искусства. - М., 1971.

6 Богатырев П. Г. Фольклор как особая форма творчества // Вопросы теории народного искусства. - М., 1971.

7 Чистов К.В. Народные традиции и фольклор : Очерки теории. - П., 1986.

8 Философский энциклопедический словарь. - М., 1983. - С. 95.

9 Там же. - С. 399.

10 Бердяев Н.А. Душа России. Централизм и народная жизнь. Судьба России. - М., 1990.

11 Морфология культуры: структура и динамика. - М., 1994.

12 Топоров В.Н. Модель мира // Мифы народов мира. -М., 1982. - Т. 2 ; Филатов Б.Н. Живой космос : Человек между силами земли и неба // Вопр. философии. - 1994. - № 2.

13 Ожегов СИ. Словарь русского языка. - М., 1964. - С. 794.

14 Словарь русского языка : В 4 т. - М, 1988. - Т. 4. - С. 396.

15 Маркарян Э.С. Узловые проблемы теории культурной традиции // Сов. этнография. - 1982. - № 2.

16 Традиция // Философская энциклопедия. - М., 1970. -Т. 5. - C. 253.

17 Там же.

18 Белоусов И.А. Ушедшая Москва // Московская старина : Воспоминания москвичей прошлого столетия. - М., 1989.


19 Басилов В.П. Через сто лет после Маклая // Сов. этнография. - 1972. - № 4. - С. 143-144, 152.

20 Сарингулян К.С. О регулятивных аспектах культурной традиции // Сов. этнография. - 1981. - № 2. - С. 99.

21 Маркарян Э.С. Указ. соч. - С. 81.

22 Бапбурин А.К. Этнические аспекты изучения стереотипных форм поведения и традиционная культура // Сов. этнография. - 1985. - № 2. - С. 37.

23 Арутюнов С.А. Обычай, ритуал, традиция // Сов. этнография. - 1981. - № 2. - С. 98.

24 Проблема устности рассматривается в работах П.Г. Богатырева, Б.Н. Путилова, К.В. Чистова, Ф.А. Рубцова и др.

25 Маркарян Э.С. Узловые проблемы теории культурной традиции // Сов. этнография. - 1981. - № 2. - С. 80.

26 Богатырев П.Г. Вопросы теории народного искусства. -М., 1971. - С. 372.

27 Сидоренко В.Ф. Идея проектной культуры // Науки о культуре : Итоги и перспективы. - М., 1995. - С. 24.

28 Морфология культуры: структура и динамика. - М., 1994.

29 Богатырев П.Г. Указ. соч. - С. 472-473.

30 Проблема интонационных формул в музыкальном фольклоре рассматривается, например, в работах Ф.А. Рубцова «Интонационные связи в песенном творчестве славянских народов» и «Статьи по музыкальному фольклору», в статье И.И. Земцовского «О композиции русских [«квартовых»] лирических песен» и др.

31 Жирмунский В.М. «Народный героический эпос»; Меле-тинский Е.М. «Миф и историческая поэтика фольклора»; Чистов К.В. «Народные традиции и фольклор : Очерки теории».

32 Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. - П., 1946.

33 Ошанин Д.А., Шилок Л.Р., Конрад Э.И. О природе образа-эталона в процессе опознания вариативных объектов // Вопр. психологии. - 1968. - № 5. - С. 2.

34 Земцовскип И.И. Проблема варианта в свете музыкальной типологии // Актуальные проблемы современной фольклористики. - П., 1980. - С. 43.

35 Некрасова М.А. Народное творчество как часть культуры. - М., 1983. - С. 293.

36 Русский фольклор. [Вып.] 37: Межэтнические фольклорные связи. - СПб., 1993. - С. 30-31.

37 Земцовскип И.И. О композиции русской [«квартовой»] лирической песни // Вопросы теории и эстетики музыки. -М.; Л., 1989.


38 Асафьев Б.В. О народной музыке. - Л., 1987. - С. 106.

39 Воронов B.C. О крестьянском искусстве. - М., 1977. - С. 150.

40 Василенко В.М. Русское народное искусство VI11—XIX вв. : (Художественная культура русской деревни) : Автореф. дис. ... д-ра искусствоведения. - М., 1970.

41 Василенко В.М. Народное искусство : Избр. тр. о нар. творчестве Х-ХХ вв. - М., 1974. - С. 122.

42 Бапбурин А.К. О жизни вещей в народной культуре // Живая старина. - 1996. - № 3. - С. 2.

43 Воронов B.C. Указ. соч. - С. 152.

44 Некрасова М. А. Народное искусство как часть культуры. - М., 1985. - С. 78.

45 Мамонтова Н.Н. Проблемы изучения традиционных форм культуры и понятие «народное искусство» //Научные чтения памяти В.М. Василенко : Сб. ст. - М., 1997. - Вып. 1. - С. 23.

46 Там же.

47 Воронов B.C. Указ. соч. - С. 173.

48 Там же. - С. 144.

49 Некрасова М. А. Указ. соч.

50 Культурология. XX век. Словарь. - СПб., 1997. - С. 295

51 Интервью проведены автором раздела в 1997-98 гг. В качестве экспертов выступили: Н.Н. Гилярова, и. о. профессора, декан историко-теоретического факультета, научный руководитель лаборатории народной музыки Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского; Н.М. Савельева, канд. искусствоведения, доцент Московской государственной консерватории; А.С. Кабанов, фольклорист-музыковед; С.Н. Старостин, режиссер программы «Мировая деревня» Российского ТВ; В.В. Асанов, директор Новосибирского Центра русского фольклора и этнографии. Автор выражает свою признательность экспертам за содействие в данной работе.

52 В работе над разделом использованы материалы социологических исследований 1988-89 гг. и 1998 г.: опрос населения по теме «Социально-культурные проблемы участия населения в самодеятельном творчестве», проведенный отделом народного творчества НИИ культуры в конце 1980-х годов (основные разработчики программы и социологического инструментария: Э.В. Быкова, Н.Г. Михайлова, В.Ф. Чеснокова); анкетирование руководителей и участников любительских фольклорных ансамблей в 1989 и 1998 гг. (разработчик анкет Е.Э. Гавриляченко). О некоторых результатах этих исследования см.: Михайлова Н.Г., Быкова Э.В. Социально-культур-


ные проблемы развития любительского художественного творчества : Аналит. обзор. - М., 1991; Ориентиры культурной политики : Информ. вып. № 10. - М., 1997; Мороз Е.Э. Молодежные фольклорные ансамбли с точки зрения социолога // Некоторые тенденции развития фольклорного творчества. -М., 1992. - С. 29-43.

53 Можепко 3. Песенная культура белорусского Полесья. Село Тонеж. - Минск, 1971. - С. 29.

54 Можейко 3. Указ. соч. - С. 28-29.

55 Медведева В. Казаки-некрасовцы в Турции : Этносоцио-культурный контекст традиции // Музыка. Миф. Бытие. -М., 1995. - С. 113-134.

56 Гусев В.Е. Виды современного фольклора славянских народов // История, культура, фольклор и этнография славянских народов : VI Междунар. Съезд славистов. Прага, 1969. Докл. сов. делегации. - М., 1969. - С. 297-298.

57 Смирнов Д.В. Собирательская работа лаборатории народной музыки Московской консерватории // Живая старина. - 1996. - № 2. - С. 51-52.

58 Кулагина А.В. Русская свадьба: традиции и новации // Славянская традиционная культура и современный мир. / Сб. материалов, науч.-практич. конф. - М.,1997.- Вып. 1. - С.111-112.

59 Скрынник Т.Н. Хореография в народном празднестве (на основе народной традиции весенне-летних хороводных игрищ) : Метод, рекомендации. - М., 1986. - С. 50-60.

60 Медведева В. Казаки-некрасовцы... - С. 131.

61 Там же. - С. 132.

62 Гусев В.Е. Жив ли фольклор? // Живая старина -1995. - №2. - С.9-10.

63 Смолицкип В.Г. Судьба былевого эпоса у оренбургских казаков // Славянская традиционная культура и современный мир : Сб. материалов науч.-практ. конф. - М., 1997. - Вып. 1. - С. 94.

64 Западные районы Брянской области, где доселе бытует древний обряд вождения «Стрелы», особенно сильно пострадали от Чернобыльской катастрофы. Поэтому, по мнению нашего эксперта Н.М. Савельевой, это традиция уходящая, которая прервется с уходом старшего поколения, поскольку молодежи и детей там не осталось - все уехали из-за радиационного загрязнения и некому перенимать и продолжать вековые традиции.

65 Впрочем, и сама песня, являясь, видимо, осколком традиции известных по летописям княжеских «слав», хранит следы


замещения рубежа XVI11—XIX вв.: в наиболее ранних вариантах «России» упоминается имя знаменитого в XVIII в. бригадира Краснощекова.

66 Сысоева Г.Я. Троицкие обряды русских сел Воронежской области // Славянская традиционная культура и современный мир : Сб. материалов, науч.-практ. конф. - М., 1997. -Вып. 1. - С. 98, 108.

67 Жуланова Н.И. Молодежное фольклорное движение // Самодеятельное художественное творчество в СССР : Очерки истории, конец 1950-х - начало 1990-х гг. - СПб., 1999. - С. 107.

68 Михайлова Н.Г. Ориентация на традиционную культуру в современном народном творчестве // Ориентиры культурной политики : Информ. вып. № 10. - М., 1997. - С. 88-90.

69 Путилов Б.Н. Фольклорное наследие русского народа и современная культура // Русский фольклор. - М.; П., 1964. -Вып. 9. - С. 77.

70 Путилов Б.Н. Фольклор и народная культура. - СПб.,

1994.   - С. 11.

71 «В нашу гавань заходили корабли» (М., 1995); серия «Библиотечка тематического анекдота»; Ю. Борее «Сталиниа-да» (М., 1990), «Фарисея» (М., 1991); «Правдивые рассказы о полтергейсте и прочей нечисти на овине, в избе и бане» (Пермь, 1993); «Тосты» (М., 1994) и др.

72 Неклюдов СЮ. После фольклора // Живая старина. -

1995.  - № 1. - С. 4.

73 Комовская Н.Д. Народный рассказ Великой Отечественной войны // Современный русский фольклор. - М., 1966. - С. 162.

74 Равинскип Д.Н., Синдаловскип Н.А. Современные городские легенды Санкт-Петербурга //Живая старина. - 1996. - № 1.

75 Там же.

76 Тосты. - М., 1996.

77 Блажес В. Юмористические рассказы и анекдоты в рабочей среде // Фольклор Урала. - Свердловск, 1984. -Вып. 8.- С. 35.

78  Белоусов А.Ф. Анекдотический цикл о крокодиле Гене и Чебурашке // Проблемы поэтики, языка и литературы. - Петрозаводск, 1996. - С. 89.

79 Путилов Б.Н. Пародирование как тип эпической трансформации // От мифа к литературе. - М., 1993. - С.104.

80 Борисов СВ. Эстетика «черного юмора» в российской традиции // Из истории эстетической мысли. - СПб., 1993. - С. 139-140.


81 Бутенко И.А. Из истории «черного юмора» // Социс. -1994. - №11. - С. 150.

82 Топоров В.Н. Из московских текстов // Живая старина.

-   1997. - №3. - С. 8-9.

83 Щепанская Т.В. Символика молодежной субкультуры. -СПб., 1995. - С. 13-14.

84 Елистратов Е.С. Арго и культура. - М., 1995. - С. 155.

85 Сказы, легенды, предания Городецкой земли / Сост. Климова Л.А. - Городец, 1996. - С. 16.

86 Кругликова В.П., Демина Л. А. Эстетика и морфология предания // Фольклор Урала. Вып. 6: Фольклор городов и поселков. - Свердловск, 1982.

87 Шумов К.Э. Черный...Белый...Зеленый //Живая старина. - 1995. - № 1. - С. 18.

88 Чередникова М.П . Современная русская детская мифология в контексте фактов традиционной культуры и детской психологии. - Ульяновск, 1995. - С. 37-38.

89 Там же. - С. 172.

90 Бутенко И.А. Указ. соч. - С. 149.

91 Чередникова М.П. Указ. соч. - С. 154.

92 Там же.

93 Синдаловский Н.А. Петербургский фольклор. - СПб., 1994. - С. 19-20.

94 Прокофьев В.Н. О трех уровнях художественной культуры Нового и Новейшего времени : К проблеме примитива в изобразительных искусствах // Примитив и его место в художественной культуре Нового и Новейшего времени. - М., 1983.

-   С. 16.

95 Островский Г.С. Искусство примитива как явление народной художественной культуры русского города XVIII -начала XX в. // Примитив в изобразительном искусстве : Тез. докл. - М., 1995. - С. 9.

96 Там же.

97 Там же. - С. 8.

98 Зоркая Н.М . Фольклор. Лубок. Экран. - М.,1994. - С. 41.

99 Там же. - С. 42.

100 Чистов К.В . Традиции и вариативность // Сов. этнография. - 1981. - № 2. - С. 15.

101 Там же. - С. 16.

102 Там же.

103 Худенко А.В. Повседневность в лабиринте рациональности // Социс. - 1993. - № 4. - С. 67-74.


104 Козлова Н. Социология повседневности: переоценка ценностей // Общественные науки и современность. - 1992. - № 3. - С. 48-56.

5Худенко А.В . Указ. соч. - С. 68.

106 Там же.

107 Шюц А. Структура повседневного мышления // Социологические исследования. - 1988. - № 2. - С. 130.

108 Там же. - С. 131.

109 Морфология культуры: структура и динамика. - М., 1994.

-  Гл. 5.

110 Там же. - С. 281-282.

111 Горелова В.Н. Обыденное сознание как философская проблема. - Пермь, 1993. - С. 166.

112 Культурология. XX в. Энциклопедия. - СПб., 1998. - Т. 2. - С. 122.

113 Вальденфельс Б. Повседневность как плавильный тигль рациональности // СоциоЛогос. Вып. 1: Общество и сферы смысла. - М., 1991. - С. 49.

114 Гуревич А.Я. Изучение ментальностей: социальная история и поиски социального синтеза // Сов. этнография. -1988. - № 6. - С. 16.

115 Гуревич А.Я. Ментальность // 50/50 : Опыт словаря нового мышления. - М., 1989.

116 Этносоциальные проблемы города. - М., 1986. - С. 261.

117 Титов В.Н. Этнокультурная характеристика московских ассирийцев : (Опыт этносоциологического опроса) // Этнографическое обозрение. - 1992. - № 3. - С. 47-54.

118 Словарь русского языка. Т. IV. - М., 1988. - С. 302.

119 Памятники литературы Древней Руси. Середина XVI в.

-   М., 1985. - С. 94.

120 Козлова Н. Безвкусица масс и вкус интеллектуалов // Общественные науки и современность. - 1994. - № 3. - С. 144.

121 Там же. - С. 145.

122 Там же.

123 См.: Кантор К. Дизайн без иллюзий // Декоративное искусство СССР. - 1981. - № 10. - С. 15; Кантор К. Как быть с дизайном // Декоративное искусство СССР. - 1987. -№ 2. - С. 14; Селим Хан-Магомедов. Дизайн в системе художественной культуры //Декоративное искусство СССР. -1987. - № 7. - С. 42 и др.

124 Тема, заявленная в названии данной статьи, по существу никем не рассматривалась. Отдельные ее аспекты затрагивались


в книге СБ. Рождественской «Русская народная художественная традиция в современном обществе» (М., 1981) и в ряде статей, например, В. Янович «Цвет в народной архитектуре Молдавии» (Декоративное искусство СССР, 1981, № 4, с. 35).

125 Кантор К. Как быть с дизайном // Декоративное искусство СССР. - 1987. - № 2. - С. 15.

Рекомендуемая литература

1. Издания справочно-энцикпопедического характера

Культурология. XX в. Энциклопедия : В 2 т. - СПб., 1998.

Свод этнографических понятий и терминов. Вып. 4: Народные знания. Фольклор. Народное искусство. - М., 1991.

Традиция // Философская энциклопедия. - М., 1970. - Т. 5.

Funk and Wagnalls. Standart dictionary of folklore, mythology and legend / Ed. by M. Beach. - NY. 1949-1959, vol. 1, 2.

2. Монографии, сборники

Аникин В.П. Теория фольклора. - М., 1996.

Балдина О.Д. Второе призвание. - М., 1983.

Бахтина В.П. Русский фольклор в современном мире. -М., 1991.

Богатырев П.Г. Вопросы теории народного искусства. - М., 1971.

Василенко В.М. Народное искусство : Избранные труды о народном творчестве Х-ХХ вв. - М., 1974.

Воронов B.C. О крестьянском искусстве. - М., 1977.

Горелова В.Н. Обыденное сознание как философская проблема. - Пермь, 1993.

Гусев В.Е. Русская народная художественная культура: Теоретические очерки. - СПб, 1993.

Елистратов B.C. Арго и культура. - М., 1996.

Ерасов Б.С. Социальная культурология. - М., 1994.

Зоркая Н.М. Фольклор. Лубок. Экран. - М., 1994.

Иванов Е.П. Меткое московское слово. - М., 1989.

Каган М.С. Философия культуры. - СПб., 1996.

Кравцов Н.И., Лузутин С.Г. Русское устное народное творчество. - М., 1983.


Морфология культуры: структура и динамика. - М., 1994.

Народное творчество: перспективы развития и формы социальной организации : Сб. науч. тр. / М-во культуры РСФСР. НИИ культуры. - М., 1990.

Народные художественные промыслы РСФСР. - М., 1982.

Некрасов Н.И. Русское народное искусство. - М., 1924.

Некрасова М.А. Народное искусство как часть культуры. -М., 1983.

Орлова Э.А. Введение в социальную и культурную антропологию. - М., 1994.

Поспелов Г.Г. Бубновый валет: Примитив и городской фольклор в московской живописи 1910-х гг. - М., 1990.

Примитив в изобразительном искусстве : Материалы Все-рос. науч.-практ. конф. - М., 1994.

Примитив и его место в художественной культуре Нового и Новейшего времени : Сб. тр. / ВНИИ искусствознания. - М., 1983.

Путилов Б.Н. Фольклор и народная культура. - СПб., 1994.

Русский фольклор. [Вып.] 13: Русская народная проза. -Л., 1972.

Самодеятельное художественное творчество в СССР : Очерки истории, конец 1950-х - начало 1990-х гг. - СПб., 1999.

Топоров В.Н. Модель мира // Мифы народов мира. - М., 1982. - Т. 2.

Флиер А.Я. Культурогенез. - М., 1995.

Цукерман B.C. Народная культура. - Свердловск, 1982.

Чистов К.В. Народные традиции и фольклор : Очерки теории. - П., 1986.

Чередникова М.П. Современная русская детская мифология в контексте традиционной культуры и детской психологии. - Ульяновск, 1995.

Шкаровская Н.С. Народное самодеятельное творчество. -Л., 1975.

Щепанская Т.В. Символика молодежной субкультуры. -СПб., 1995.

Эстетические основы народного искусства и художественных промыслов : Сб. науч. тр. / НИИ худож. пром. - М., 1992.


3. Статьи в периодических изданиях

Байбурин А.К. О жизни вещей в народной культуре // Живая старина. - 1996. - № 3.

Вальденфельс Б. Повседневность как плавильный тигль рациональности // СоциоЛогос. Вып. 1: Общество и сферы смысла. - М., 1991.

Гусев В.Е. Жив ли фольклор? // Живая старина. - 1995. - № 2.

Гуревич А.Я. Изучение ментальностей: социальная история и поиски исторического синтеза // Сов. этнография. -1988. - № 6.

Козлова Н. Социология повседневности: переоценка ценностей // Общественные науки и современность. - 1992. - № 3.

Маркарян Э.С. Узловые проблемы теории культурной традиции // Сов. этнография. - 1981. - № 2 (там же - обсуждение статьи).

Михайлова Н.Г. Ориентация на традиционную культуру в современном народном творчестве // Ориентиры культурной политики. Информ. вып. № 10. - М., 1997.

Найдин В.М. Мифотворчество и фольклорное сознание // Вопр. философии. - 1994. - № 2.

Неклюдов СЮ. После фольклора // Живая старина. - 1994. - № 1.

Филатов В.Н. Живой космос: человек между силами земли и неба // Вопр. философии. - 1994. - № 2.

Худенко А.В. Повседневность в лабиринте рациональности // Социс. - 1993. - № 4.

Шаповалов В. Неустранимость наследия // Общественные науки и современность. - 1995. - № 1.

Шюц А. Структура повседневного мышления // Социологические исследования. - 1988. - № 2.

Ямпольский М. Русская культура и субкультуры // Общественные науки и современность. - 1993. - № 1.

Обновлено (04.03.2011 13:12)

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить